Вебсайт о Режиссере Романе Виндермане и его творческом наследии
Серьезное лицо еще не признак ума. Все глупости на земле делались именно с этим выражением.
Вы улыбайтесь, господа. Улыбайтесь!

English Deutsch Espaсol
Спектакли | Статьи и Рецензии | Друзья и Коллеги | Фото материалы


Информация
О Романе Виндермане
Благодарность
Свяжитесь с нами
Анатолий Герасимов IMAGE_BUTTON_PREVIOUS IMAGE_BUTTON_NEXT

Вспоминает Анатолий Герасимов, заслуженный артист РФ, актер Екатеринбургского (Свердловского) театра кукол с 1959 года:

1

В «Снежной королеве», первом спектакле Романа Виндермана в Свердловске, который он поставил в 1970 году, мне довелось играть роль Ледяного советника. Та постановка была очень необычной – огромные куклы, словно надетые на людей. Помню, на мне было поролоновое «ведро», которое окантовывал цилиндр, и костюм. Конечно, актерам было непросто играть в таких условиях – очень жарко. Зато были и плюсы: у наших героев были интересные взаимоотношения, и мы с удовольствием играли этот спектакль. Тем более, тогда мы все были еще очень молоды – лет по 27, можно сказать, мальчишки и девчонки.

Роман Виндерман был еще моложе нас, но сразу стало понятно: хотя он еще студент и ставит только дипломный спектакль, но у него уже очень удачно получается. Впечатлил и его стиль работы с актерами: он ничего не навязывал, только поправлял. Виндерман давал актерам определенную свободу. Определенную, но не полную. Полную нельзя давать – актер тогда такого «наваляет», что зрителей придется выносить из зала.

Запомнился мне и следующий спектакль Виндермана, в котором я играл – «Али Баба и 40 разбойников». В этой постановке у меня была главная роль, мой герой, по сути, вообще не сходил со сцены. Мне постоянно нужно было держать внимание зала. Это непросто, но я старался, и мне кое-что удавалось. Куколки в том спектакле были легкие, тростевые - из поролона, обшитые капроновыми чулками и с нарисованными лицами. Так здорово было ими работать! Разбойники получились страшными и комичными. Кукла-Атаман притягивал к себе взоры…. вертящимся глазом. Спектакль шел лет 7, играли его в том числе и в школах, детских садах, сельских клубах. В тот момент у театра не было стационарного здания, но была своя машина-фургон. Потом нам дали автобус. Так мы все и объездили.

Особая история - спектакль по «Бане» Маяковского. Я там играл Победоносикова, главную роль. В той известной пьесе про революционный патриотизм были заняты и куклы, и актеры. Кукольных двойников делали очень похожими на исполнителей ролей. Мой герой Победоносиков был в этой истории очень амбициозным товарищем. Создавать такой образ было интересно. Фосфорическую женщину сыграла Ирина Грачева, замечательная актриса (она уже давно переехала из Екатеринбурга). Она любую роль, от Аленушки до Старухи из «Пиковой дамы», могла сыграть блистательно. У нее была отличная речь, слух, ритм, наконец, фактура - замечательное лицо, благородное. Впрочем, Виндерман вообще умел подбирать актеров, все роли получались удачными. Кого не вспомню - каждый был на своем месте.

Интересно было работать в «Недоросле», где Грачева сыграла Простакову, а мне Виндерман дал роль Скотинина. В этой постановке паркетные куклы были ростом с артистов. Я, например, был за спиной у куклы. Одной рукой держал ее голову, другой манипулировал туловищем, а ее ноги были надеты на мои. Ирина Грачева с Галиной Дейкиной вдвоем работали одной куклой. Ирина высокая, а Галина низкая, она залезала внутрь куклы, работала одной рукой и управляла телом, Грачева же становилась головой и второй рукой. Все это выглядело очень зрелищно. Правда, местное управление культурой той работой осталось недовольно, но мы все равно несколько сезонов играли «Недоросля».

Разве можно забыть постановку Романа Виндермана «С чего начинает родина»? Это был спектакль на основе советских песен, каждая из них превращалась в живую картинку.

Уже потом, после переезда в Томск, Роман Михайлович приехал к нам в театр и поставил «Ревизора». Он был сделан нестандартно, назывался «половой инверсией». Мужчины и женщины в той работе менялись местами. Актерам достались женские роли, а актрисам мужские. Это было интересное решение, но не все с ним согласились. Еще постановка выделялась тем, что на сцене были лужи - стояли ванночки с водой. Мы ходили в галошах, в зрительный зал летели брызги. Это тоже не всем понравилось, некоторые посчитали такой прием антиэстетичным. Другие, напротив, были в восторге. По-моему, спектакль получился оригинальным, жаль, что мы играли его недолго.

2

Каждая премьера в нашем театре в те годы по традиции заканчивалась застольем. Виндерман был очень общительным человеком, юмористом, любил шутки. Бывало, соберемся мы за столом после премьеры, выпьем по чарочке, и начинается веселье. Теперь подобного в театре уже не случается. Многие из актеров нашего поколения уже на том свете, царство им небесное. Нас с тех времен осталось так мало, что можно по пальцам пересчитать: Лидия Потапова, я, Галина Дейкина, Татьяна Ахлюстина. И все. А во времена Виндермана у нас был очень дружный коллектив, никто не ссорился, не ругался, было не принято кого-то подсиживать. Это благодаря Виндерману – он был добрейшей души человек, никому зла не сотворил, интриги не строил. Хотя многие главные режиссеры любят провоцировать конфликты. А у нас обстановка была прекрасная! Хочешь творить - твори, хочешь сказать – говори.

Важно и что в то время мы сами могли при желании ставить спектакли. Я себя пробовал в режиссуре – ставил «Чебурашку», «Сказку о потерянном времени». Актерам было всегда мало занятости – хотелось сделать больше, чем в плане. Так стали появляться самостоятельные работы. В них у нас тоже была полная свобода, Роман Михайлович нас поддерживал.

При Виндермане у нас в театре было хорошо, создалась удивительная атмосфера. Это незабываемо, сколько мы будем жить, столь будем вспоминать его добрым словом. Жаль, что он так быстро ушел из жизни. Видимо, не слишком беспокоился о своем здоровье. Работа у него была очень напряженная – сидеть в зале и постоянно искать творческие решения, придумывать, как сделать, чтобы спектакль получился как можно лучше. И образ жизни у режиссеров малоподвижный. Конечно, он иногда подскакивал, бежал на сцену, но этого мало для гармоничного развития организма.

3

Всегда корректный, деликатный, Роман Михайлович никогда никому не хамил. Он умел поддерживать отношения с начальством - никогда не спорил, не провоцировал конфликты. Даже если ему было неловко, неуютно общаться с чиновниками, то он это тщательно скрывал, не показывал виду.

Дай Бог каждому режиссеру быть таким, как Виндерман. В России гениями считают людей другого типа и поведения, тех, кто что-то «корчит» из себя, умеет делать важный вид. Я таких, признаться, не выношу. Роман Михайлович, хотя и понимал свою значимость и возможности, вел себя как простой человек, и в этом тоже его большая заслуга.

Вы находитесь здесь: Главная » Друзья и Коллеги » Анатолий Герасимов

Copyright © 2012 Irina Petrova
No part of this website, images or otherwise, may be reproduced without permission.
All rights reserved.